нефтяное оборудование: клапанные пары металлокерамические, насосные установки, ГШН,
буровые насосы, ключи буровые, станки-качалки, цементировочные агрегаты, смесительные установки, трубы буровые…
ОАО «Ижнефтемаш»
Главная страница / Публикации / Идеи конструктора Георгия Исакова
Публикации

Ижнефтемаш годы и люди

Идеи конструктора Георгия Исакова

Георгий Михайлович Исаков пришел на «Нефтемаш» молодым конструктором в августе 1959 года, сразу после окончания Горьковского политехнического института. Все тридцать семь лет работы на предприятии не изменил профессии конструктора, считая ее одной из основ машиностроения.

Осенью 1959 года в единственном цехе завода для прибывающих выпускников — молодых специалистов, выделили небольшой уголок. Так создавался конструкторский отдел. Вместе с Исаковым из Горького приехали семеро выпускников политехнического института: Геннадий Алексеевич Мысин, Фаина Максимовна Лукша, Евгений Васильевич Романов, Павел Михайлович Елсуков, Игорь Тимофеевич Федоров, Валентин Яковлевич Шаев, Эдуард Иванович Гомолин.

Молодые специалисты прибывали из различных регионов практически каждый месяц. «Притирка» людей шла на месте, большую роль в формировании коллек-тива сыграл директор «Строммашины» Иван Анисимович Давиденко. Георгий Михайлович до сих пор помнит, насколько требовательным и одновременно застенчивым был Иван Анисимович: «Прежде чем ругаться, он всегда сильно краснел. Однако слушались его беспрекословно».

Своей роли в развитии военно-промышленного комплекса страны я как конструктор тогда не осознавал, — вспоминает Георгий Исаков. — Это пришло лет через десять, а тогда мы просто работали, не жалея ни себя, ни времени. При освоении нового изделия, бывало, по трое суток не выходили с завода, стараясь досконально и в короткие сроки изучить технологию производства.

Особую сложность для конструктора представляли не повторяющиеся дефекты (которые легко обнаружить и устранить), а так называемые хаотичные. Например, тахометр плавающих гусеничных транспортеров давал сбой: как только машины возвращались с испытаний, стрелка прибора неизменно «зависала» выше положенной отметки — нуля. Сколько ни бились конструкторы, так и не смогли решить эту проблему. Не помогли даже поездки в Москву и во Владимир, в головные институты. Пришлось менять технологию изготовления тахометра.

— Другая проблема всегда была в том, чтобы убедить технологов в принятии конструкции, которую ты разработал. Интуитивно чувствуешь: найден верный ход, а доказать не можешь.

Когда приступили к выпуску первых генераторов сейсмических колебаний ГСК-10, было необходимо изготовить камеру, чистый вес которой составлял 760 килограммов. Найти поковку на 10 тонн, обработать ее до 760 килограммов, тем более из высоколегированной стали — задача не из легких. Конструкторы решили создать сварную конструкцию камеры из этой стали. Детали камеры необходимо предварительно подвергнуть механической и термической обработке и только после этого производить сварку специальными электродами. Сочетание разных технологий, использованных при производстве МДК-2, МДК-3, плавающего гусеничного транспортера, позволяло постоянно совершенствовать качество продукции. — Помню, как работали над ГСК-10, — рассказывает Георгий Михайлович.
— Ранее в геолого-разведке использовался буровзрывной метод (все просто — бурили скважину и закладывали туда заряд). После подрыва в скважине получался разовый мощный сейсмический сигнал разностороннего действия. Сконцентрировать направление удара не удавалось, взрывная волна поднимала на поверхность мелкие породы, которые при падении создавали ненужные шумовые помехи. Чтобы убрать эти помехи и получить точные результаты исследования, приходилось скважину консервировать и бурить новую. С этой проблемой геофизики страны обратились на «Нефтемаш»: до этого ни одно предприятие не взялось помочь им. Сотрудники ВНИИ геофизики разработали совершенно новую технологию — систему накапливания и усиления сигналов. Рабочее тело машины представляло собой сочетание пропана и газообразного кислорода — гремучая смесь, которую поджигали в закрытом объеме. Получался удар значительной силы: после взрыва смеси в камере диаметром 1300 мм и выделения энергии в 100 тысяч Дж металл вдавливался в грунт на 20—30 мм. От энергии отдачи страдала гидравлика. Нужен был гибкий рукав, держащий на 100 атмосфер. И такой рукав был найден в Уфе. Георгий Исаков считает, что ГСК — блестяще исполненная техника.

Предстояла разработка ГСК в северном исполнении ГСК-10C. Одна из партий ГСК-10С была отправлена в Ухту, где шла интенсивная геологоразведка. Никакая другая техника не могла работать в северных условиях, при значительной глубине промерзания грунта. Техника «Нефтемаша» помогла решить поставленные задачи.
На испытания ГСК-6 в Ферганскую долину Георгий Михайлович ездил лично. За месяц геологи выполнили годовой объем геологоразведочных работ. Если стоимость ГСК-6 составляла в среднем 40 тысяч рублей, экономия от ее применения — более 110 тысяч рублей. Туркмения стала одним из основных покупателей ГСК: в условиях предгорья эта техника работала идеально.

Наряду с ГСК и К-61 завод приступил к выпуску легких буровых насосов типа 11 ГрБ Грозненского завода. Следующий заказ — буровые ключи АКБ-ЗМ2. Кстати, «Нефтемаш» стал единственным в стране заводом, выпускающим эти ключи, без них сегодня не обходится ни одна буровая установка.

Тридцать лет напряженного труда: Георгий Исаков не помнит, чтобы за годы работы на предприятии научился отдыхать. Конструктор постоянно в поиске новых технических идей.

Производство глубинных штанговых насосов во многом помогло предприятию выйти из кризиса. Технологии, применяемые в изготовлении ГШН и станков-качалок, называют уникальными. Заслуга предприятия — в изготовлении зубчатых передач. Ранее технология была основана на применении элементов зубчатых сцеплений, требую-щих высокой точности обработки поверхностей. При производстве станков-качалок конструкторы настаивали на применении зацепления Новикова, не требующего глубокой термической обработки.

— Каким вы видите будущее «Нефтемаша», Георгий Михайлович?
— Я очень переживаю из-за того, что у нас утрачены такие уникальные технологии, как гидравлика. Когда-то мы были единственным в Удмуртии предприятием, которое делало хорошие гидроцилиндры. Не отличные, конечно, но хорошие. Мы ушли от технологий точной механики, и сейчас пневматику на 100—400 атмосфер нам уже, наверное, не поднять. Конструкторы всегда старались найти универсальные технологии производства: мы видоизменяли технологии специального производства, сохраняя схемы для производства гражданской продукции. Думаю, что рано или поздно предприятие вернется к технологиям точной механики.

Версия для печати

← предыдущая    следующая →

Мы предлагаем оборудование для добычи нефти и обустройства скважин: клапанные пары металлокерамические, станки-качалки, редукторы, глубинные штанговые насосы (ГШН) ключи буровые, ключи трубные, буровые насосы, буровые трубы, насосы цементировочные, насосы трехплунжерные, насосные установки, цементировочные агрегаты, смесительные установки и другое оборудование.

Отгружаем продукцию в любую точку России и СНГ. Нефтяное оборудование подвергается тщательному контролю. Гарантийный срок эксплуатации оборудования 12 месяцев со дня ввода в эксплуатацию.


Поиск
Карта сайта
О наличие продукции на складе вы можете узнать, связавшись с нами:

Телефоны: (3412) 51–50–60; 51–57–89
Факс: (3412) 66–61–79
E-mail: office@neftemash.ru

RSSRSS канал
Главная страница  |  Продукция  |  О компании  |  Объявления  |  Контакты
Copyright © 1999 Торговый дом  «Нефтемаш»
Разработка и дизайн © 2003 Студия дизайна Art&Fact

Телефон: (3412) 51–50–60; 51–57–89
Факс: (3412) 66–61–79
Е-mail: office@neftemash.ru